Сообщить новость
29 ноября в 10:45

Директор гимназии №9 Лариса Кулькова: «В оценке войны не может быть плюрализма мнений». ИНТЕРВЬЮ

Она считает, что взрослые не помогли Николаю разобраться в вопросе.

Кулькова считает, что «шельмовать» ямальского школьника не стоит
Кулькова считает, что «шельмовать» ямальского школьника не стоит

Выступление школьника из Нового Уренгоя в бундестаге, взорвавшее Интернет, до сих пор продолжает активно обсуждаться. Правда, полемика перешла в другую плоскость — мальчик стал героем не только фотожаб, но и анекдотов с участием исторических личностей.

 

На этой волне корреспондент JustMedia.ru решил поговорить с директором гимназии №9 Ларисой Кульковой (раньше преподавала «Историю отечества») и учителем истории Анастасией Кюснер о переиздании учебников, переосмыслении «белого движения» и переходе от категоричной оценки истории к плюрализму мнений. Подробности в нашем интервью.

 

– Сколько раз за время вашей работы переписывалась программа и переиздавались учебники по истории? Это не создает дополнительных разрывов между поколениями, близкими друг другу по возрасту?

 

Л.К: История – предмет, который всегда реагирует на обстоятельства, происходящие в нашей жизни. Материал таких учебников, с одной стороны, отражает то, что произошло, с другой – акценты в его содержании расставляются в соответствии с идеологией государства. За мою 30-летнюю практику переизданий учебников истории было несколько. Мы очень тяжело переживали переход с линейной системы обучения истории на концентрическую, когда изучение XX века сначала заканчивается в 9 классе, а затем повторяется в 10 и 11.

 

А.К: Я, наверное, могу оценить учебники сейчас с двух позиций. В 1990-х годах, когда столкнулась с ними как ученица, проблема была в том, что в стране не существовало слаженной линейки – школы опирались на разные учебники. Их разнообразие в 1990-е зашкаливало. Сейчас у нас три утвержденные линейки учебников: «Дрофа», «Русское слово» и «Просвещение». Они неплохо адаптированы к современным условиям и позволяют рассмотреть историю не с одной стороны, детям представлены различные точки зрения. 

 

Какую-то идеологически-стержневую нить нельзя проследить. Но учебная литература, конечно, отражает основные тенденции развития государства и позволяет критически осмыслить некоторые события, но без ущерба ключевым моментам нашей истории, таким как Великая Отечественная война (ВОВ).

 

Л.К:  Да, но в процессе преподавания начинаешь понимать, что больше времени надо уделять воспитанию в ребенке ценностного стержня, чтобы слова «патриот», «любовь к своему народу» были для них ориентацией в жизни. Поэтому надо больше времени посвящать значимым разделам учебника и таким событиям, как Великая Отечественная война, полет человека в космос.

 

 

– А что касается разрыва между поколениями? Вот я еще знаю, кто такой Ленин и Сталин, а многие сегодняшние школьники уже с трудом могут сказать, кто это.

 

АК: Сегодня школьный курс истории очень ограничен часовым потолком, но, тем не менее, абсолютно все знаковые личности, как упоминались, так и упоминаются. Какого-то пересмотра их роли в истории нет. Это касается и князя Владимира, крестившего Русь, и императоров, и великих полководцев.

 

Л.К: Здесь все зависит еще и от позиции семьи. В таких предметах, как история, литература и обществознание, важную роль играют родственники. Надо, чтобы родители интересовались, спрашивали, что ребенок сейчас изучает в школе и вместе с ним разбирались, если ему что-то непонятно. Например, проект «Бессмертный полк». Когда это будет не просто приклеенный портрет, а проделанная поисковая работа родителей вместе с ребенком, тогда школьник перестанет невнимательно относиться к историческим деятелям и событиям. Тогда мы не будем получать двусмысленные ответы.

 

В этом плане нашим государством ведется правильная политика –  показывать не только фильмы, которые вошли в Фонд кино, поощрять создание новых фильмов о войне, научные открытия, открытие музеев. Все это создает у формирующегося человека удовлетворенность тем, что он живет в стране с богатейшей историей, и это государство имеет право быть величайший державой, какие перипетии бы не происходили.

 

– Как оцениваете качество современных учебников? Встречали «ляпы»?

 

А.К: Со становления современной России прошло 25 лет, и в уже устоявшихся традициях учебники взвешенно подходят к освещению произошедших событий. Мы пришли к золотой середине, которая позволяет не отрицать прошлое и давать ему здравую оценку. В нашей гимназии используется две линейки учебников: базовый уровень (с 6 по 9 класс) – это издательство «Дрофа» и для профильного уровня (10-11 класс) – учебник Андрея Сахарова.

 

Если говорить о типографских ошибках, то встречали. Они есть не только в школьных, но и в учебниках вузов, но все мы люди и это нормальное явление. А ошибок, касающихся интерпретации каких-то знаковых моментов истории, не замечали.

 

– Сейчас РПЦ меняет свое отношение к белогвардейцам, проводятся панихиды по барону Врангелю и другим героям «белого движения». Параллельно в учебниках истории меняются акценты в разделе, посвященном Гражданской войне?

 

А.К: Я бы не сказала, что современные учебники дают однозначную оценку какому-то событию или движению. Нет такого, что на первый план, как верное, выводится «красное» движение, как это было в советский период. Есть попытка, хотя она сложная, уйти от политизации истории. Слава богу, что сегодня есть возможность почитать и мемуары белых генералов. Повторю, категоричной оценки истории, как было в СССР, сейчас нет.

 

 

– Когда начался этот переход от категоричности?

 

Л.К: Я начинала работать в советский период, там тоже не было такого, чтобы о каком-то движении не рассказывали, точно также разговаривали и о батьке Махно. Важными остались те же разделы истории. Более категоричной была сама идеология советского государства. Она не допускала того плюрализма мнений, который есть сейчас. Если мы подаем материал с нескольких точек зрения, событие начинает казаться более размытым, не таким определенным.

 

По отношению к некоторым событиям это не так значимо. Когда же речь идет о войне, то тут плюрализма мнений быть не может. Есть только две стороны: враги, которые нападают на государство, и защитники своей Родины.

 

– Скандальное выступление Николая Десятниченко из Нового Уренгоя в Бундестаге – пример непозволительного плюрализма мнений по отношению к Великой Отечественной войне?

 

Л.К: Сейчас уже на тысячу раз его речь перемолота. Мы, в итоге, так и не узнаем, что он конкретно сказал. Но мы же с вами понимаем, что он ничего плохого не хотел и не имел ввиду. Меня заботит то, что изначально, ничего не проанализировав, люди расходятся, так скажем, по медийным окопам. Одни начинают шельмовать, другие – оправдывать ребенка. Не надо так предосудительно отзываться о мальчике – он подросток, и только становится на ноги. А что происходит сейчас? Скандал дошел до министра образования, ребенок и его семья наверняка в ужасе от происходящего.

 

Тут проблема скорее во взрослых, которые сопровождали этот проект и не помогли ему разобраться в вопросе до конца. И если он имел ввиду что-то пацифическое, надо было оформить эту речь так, чтобы потом невозможно было допустить множества ее интерпретаций.

 

А.К: Хочу добавить, что это не мнение ребенка в полном объеме. Это какой-то исследовательский проект или эссе. Он проявляет общечеловеческую жалость, но не проводит сравнительную характеристику. Я была в бундестаге, они действительно уделяют большое внимание этой трагедии и не хотят, чтобы она повторилась. И если школьник хотел призвать к каким-то пацифическим мыслям – нельзя это было делать только на примере одной стороны. В данном случае, противоборствующей. Нельзя было не вспомнить концлагеря.

 

 

– На сегодняшних школьников сваливается огромный поток информации из разных источников. Это искажает, формирует «неверную» позицию ребенка по поводу исторических событий?

 

А.К: Как правило, ребенок редко приходит и отстаивает какое-то уже сложившееся мнение. Одну информацию школьник услышал на лекции, вторую взял из учебника, третью – из СМИ. В такой ситуации он не приходит и не отстаивает какую-то позицию, а задает вопросы и просит помощи найти в этом потоке рациональное зерно.

 

В данном случае, при изучении истории, разумно отталкиваться от фактов. Ребенку важно показать, что информации много, но есть статистика и факты. И с опорой на них учитель должен помочь подростку сформировать свою точку зрения. Статистика – вещь упрямая, с ней трудно бороться.

 

Можно помочь составить позицию по какому-то историческому событию и через собственный опыт. Ведь события великих битв, например, ВОВ , затронули большинство семей нашего государства. И когда говоришь ученику не просто узнать, кто из родственников участвовал в сражении, а где воевал, погиб, если был в тылу — на каком предприятии работал. Тогда он смотрит на событие уже сквозь призму собственного опыта и так складываются моральные ценности.

 

Просмотров: 4222

Автор: Дарья Александрович

© JustMedia




Новости партнеров


Loading...

Комментарии ВКонтакте


Комментарии facebook


Последние события

Читайте также